08.09.2021

«СССР создал такого монстра». Казахстанец рассказал о необычном бизнесе близ Байконура

Фото: Алихан Сариев

С алматинцем Марленом Жаримбетовым мы познакомились случайно в небольшом поселке Жосалы, что находится рядом с Байконуром. Он работает в бизнесе, в котором у него пока нет конкурентов. Организовывает трансферы к космодрому Байконур, включая попутный сервис. За пять лет своей работы Марлен познакомился с десятками фанатов космоса и у него накопилось немало впечатлений, которыми он поделился с нами.

«Самые активные поклонники космоса, которые у нас были, — это японцы. С ними я впервые посетил космодром Байконур. Тогда взлетал Союз МС-07, на борту были космонавты Антон Шкаплеров (Россия), Скотт Тингл (США) и Норисигэ Канаи (Япония).

Поддержать своего соотечественника приехали около полутора тысяч японцев. И это было самое огромное количество туристов, приехавших к нам за один раз. Они оказались большими патриотами и очень стойкими ребятами. Был декабрь, очень холодно, и те, кому не хватило места в гостинице, ночевали в машинах вдоль трассы. А это два дня. 

До сих пор помню, как космонавты проходят через коридор на расстоянии вытянутой руки, но прикасаться к ним нельзя было. В тот день я впервые увидел, как взлетает ракета, и это были сумасшедшие эмоции».

Фото: Марлен Жаримбетов 

«А самыми эмоциональными ребятами оказались итальянцы. Они приехали посмотреть на старт Луки Пармитано, который взлетал у нас во второй раз. Его провожали семья и очень много друзей. С Лукой летели космонавты из России (Александр Скворцов) и Америки (Эндрю Морган). Из гостиницы они выходили под песню «Трава у дома».

«Итальянцы обнимали друг друга и плакали. Для нас видеть такое было непривычно, так как мы привыкли к тому, что мужчины сдерживают эмоции». 

Фото: Марлен Жаримбетов

«Казахстанцы сильно космосом не заинтересованы»

«Еще у нас были французы, немцы, поляки, россияне. Приезжала группа «Лаборатории Касперского», а также люди, которые были в составе делегации президента Германии. Казахстанцы к нам не обращались. Наверное, для внутреннего туризма это дорогое удовольствие, и, к сожалению, казахстанцы сильно не заинтересованы космосом. 

Сейчас Байконур для туристов в связи с пандемией закрыт. При желании попасть можно, но для этого понадобятся спецпропуска. Когда все откроется, я не знаю. Это решает Москва, на сайте «Роскосмоса» точной информации нет. Последний взлет был 22 августа в час ночи, мы его тоже наблюдали из поселка». 

Фото: Марлен Жаримбетов

 «Самому пожилому туристу — 98 лет»

«Однажды я встречал группу туристов из Великобритании в возрасте от 80 лет и старше. Они путешествовали по Южно-Казахстанской области (сейчас Туркестанская). К нам ехали из Туркестана. Кто-то шел с тросточкой, кто-то еле передвигался, но они были очень активные. Самой пожилой супружеской паре из Уэльса было 98 лет и 93 года. Поездка в Байконур оказалась для них пятой или шестой по счету. Они создали свою группу в Facebook, где обменивались впечатлениями.

Было очень удивительно на них смотреть, ведь если сравнивать наших пожилых людей и их, то менталитет разный. У нас бабушки живут внуками, а те живут для себя. Я не говорю, что у кого-то плохо, везде есть плюсы, но думаю, что путешествовать нужно в любом возрасте». 

Встреча с космонавтом Самокутяевым

«Больше всего мне запомнилась встреча с космонавтом Александром Самокутяевым. В тот день после всех музеев вместе с туристами мы приехали на доклад Рогозина (директор «Роскосмоса» — прим. авт.). А потом нас неожиданно пригласили на встречу с Самокутяевым. На тот момент я ничего не знал про него.

Мне рассказали, что это действующий российский космонавт, который два раза был в космосе, и что в любой момент, если поступит приказ полететь, он полетит, даже без подготовки. Продолжительность его первого полета составляла 164 суток, а второго — 167 суток 5 часов и 42 минуты. В общении он оказался очень простым человеком. Помню, как мы подошли, сказали, что из Казахстана, и он улыбнулся. К сожалению, у нас было очень мало времени пообщаться, но эта встреча запомнилась мне на всю жизнь». 

Фото: Марлен Жаримбетов

Поездки в МКШ, мемориалы и домики Королева и Гагарина

«Моя задача — встретить гостей в Жосалы, они здесь отдыхают, а потом мы по расписанию едем в Байконур, где нас встречает ФСБ. Эти ребята работают строго по протоколам. У них все расписано по минутам. Мы приезжаем в МКШ (Международная космическая школа — прим. авт.), где проводят подготовку к полетам с малых лет, там нам дают всего 45 минут. Я должен уложиться за это время, особенно радуются наши гости, когда мы с помощью пульта запускаем маленькие модели ракет — они взлетают на расстояние 150-200 метров.

Потом проезжаем мемориалы, в том числе мемориал, посвященный событиям 24 октября 1960 года (крупная катастрофа с многочисленными человеческими жертвами при подготовке к первому испытательному пуску межконтинентальной баллистической ракеты Р-16 — прим. автора). Там захоронены проектировщики, рабочие и так далее. 

Еще в нашем расписании есть домики Королева и Гагарина. Как нам объяснили, сперва появился домик Королева, так как раньше автобусы ходили очень медленно и он затрачивал по 8 часов только на дорогу. В этом домике есть его личный кабинет, спальня, санузел и ванна.

Все удивляются, когда видят ванну. Тогда здесь была степь, и не в каждом доме в Советском Союзе были такие условия. Своя ванна и санузел считались роскошью. В доме Гагарина по проекту было то же самое. Там до сих пор его одежда висит, а у Королева пиджак и рубашка остались. А еще там лампочка, вы представляете, несгоревшая, с 60-х годов». 

Фото: Марлен Жаримбетов

«VIP-персоны могут наблюдать за ракетой на расстоянии 500 метров»

«Также мы возим туристов на пуски ракет, это могут быть грузовые, пилотируемые и спутниковые. Правда, сейчас спутниковые убрали, потому что Россия с Украиной не сотрудничают по поводу двигателей. Сборка ракеты занимает от трех до семи дней. Какие-то запчасти собирают уже на космодроме на определенных площадках, какие-то — собираются в России. В ангаре фотографировать нельзя, только у входа, когда уже ракету вывозят».

Фото: Марлен Жаримбетов

«Сам пуск занимает пять-семь минут. Есть определенный экран, который показывает сам космический корабль, экипаж — и все это в реальном времени. За полтора-два часа съезжаются туристы, большие люди.

Расстояние от ракеты до зрителей определяется вашим статусом. Чем он выше, тем ближе можно находиться к точке взлета. Обычно для туристов это полтора-два километра. Оттуда все настолько хорошо видно и слышно, что дрожь берет. Видно, как ракета входит в атмосферу, как летит, когда у нее стыковки, когда ступени отсоединяются. Высокопоставленным лицам и рабочим разрешается находиться в 500-900 метрах от старта. 

Кстати, отсюда, из Жосалы, тоже хорошо все видно и даже слышно».

Видео: instagram zharimbetov_marlen

«Так называемая черта безопасности еще зависит от топлива. У «Протона» гептил, а он опасен: если взрывается, то радиус поражения очень большой, все-таки там 30 тонн топлива. А у пилотируемых — керосин, он не так сильно вреден. 

Радиус освещения ракеты в ночное время — пять километров».

Видео: instagram zharimbetov_marlen

«Туристы удивлены, что все развалено»

«Что говорят гости о Байконуре? Они очень удивлены, что там сейчас все так заброшено. На космодроме есть заброшенные бараки, где раньше жили солдаты, там окна выбиты, груды коробок. Сейчас это уже не вернуть, нерентабельно, кто там будет жить? А тогда жили до ста тысяч солдат. Это был такой мини-городок.

Когда все это туристы видят, это печально. 15 государств в составе СССР из бюджета выделяли колоссальные ресурсы, сколько сил было потрачено, а сейчас много чего пустует, что-то разворовали, металл вывозится и так далее».

Фото: Марлен Жаримбетов

«СССР создал такого монстра!»

«Пять-шесть площадок функционируют, в том числе «Протон», «Байтерек» делают, «Гагаринский старт» и 31-я площадка. Две последние разделяют 15 километров, и выглядят они одинаково. Помню, как на 31-й площадке нас подпустили, чтобы мы посмотрели вниз. Вы представляете, там пламегаситель! Помните, советскую горку железную, там толщина металла около пяти-шести сантиметров. Так вот, когда ракета взлетает, струя пламени обтекает по такой горке, а горка эта очень большая, струя достигает в длину 11 этажей. 

Когда мы слышим истории людей, которые там родились, об их родителях, которые там работали, были инженерами, их дети — гиды в музеях, они плачут, плачут за историю. СССР создал такого монстра! Когда развалилась страна, даже космонавты остались в космосе, просто люди не знали, как их вернуть. Потом уже какое-то решение нашли, сотрудничество с американцами и так далее. Ты слышишь эту историю, чувствуешь этот запах и понимаешь, как невероятно круто находиться там». 

Фото: Марлен Жаримбетов 

«Я читаю комментарии в сети, и мне охота смеяться»

«На КПП в городе стоят люди РФ, полиция. Но там есть и наше патрулирование — КНБ, МВД. Если у них мэрия, то у нас акимат, также есть две прокуратуры, казахская и русская школы, там все разделено, нет такого понятия, ой, все российское, две валюты принимают. С этим никаких проблем нет.

По моим наблюдениям, живут все дружно, там нет такого, что кто-то кого-то притесняет, нет национализма. Россияне одеваются в Казахстане, за продуктами ездят в Кызылорду или поселок Торетам, там же отдыхают, так как в самом Байконуре продукты и одежда очень дорогие. Я очень хотел бы донести до других одну вещь. Это мой крик души, если хотите. Я замечаю конфликты какие-то в интернете, читаю комментарии, и мне смеяться охота. Они, эти комментаторы, тут не были. А я пять лет каждый год бываю и вижу, что наши граждане нормально живут».

«Все равно будущее за космосом, надо чем-то жертвовать»

«Мы живем в степи, здесь ветра, аральская соль до сюда доходит. Я считаю, что больший вред идет от человека, нежели от космонавтики. То, что в степи могут быть пожары, когда стыковки падают, это да, но туда же мобильные группы выезжают, которые все это тушат, они высчитывают траекторию: в Алтайский край упадет, Кокшетау или Костанай».

«Но гептил, не дай Бог, конечно. Если будет какая-то катастрофа, облако это дойдет. Еще все будет зависеть от траектории ракеты. Если говорить о 2013 годе (на Байконуре произошла авария ракеты-носителя «Протон-М» — прим. автора), то нам повезло, что тогда был дождь, все осело в землю, и там все перекопали, убрали, спустя какое-то время перезахоронили. Но я хочу донести до людей, что гептил запускается только с грузовых аппаратов, это «Протон-М». А «Союзы» взлетают на керосине и жидком кислороде, это безопасное топливо».

Фото: Марлен Жаримбетов 

«Посмотрите, сколько плюсов от освоения космоса мы получили. Если раньше люди с бумажными картами ездили, то сейчас можно смело через смартфон, планшет обозначить себе путь. Это все благодаря космосу. Даже аппарат МРТ. В первую очередь его изобрели для космонавтов, затем для военных, и только потом он перешел в медицину. Конечно, влияние со стороны космонавтики на экологию есть, это отрицать нельзя, но видите, будущее все равно за космосом, не бывает побед без потерь, где-то чем-то нужно жертвовать». 

Текст: Анастасия Солнцева. Фото: Алихан Сариев, Марлен Жаримбетов.

Источник: Tengrinews.kz

Перейти к верхней панели